Процент участия во внеочередных выборах не был низким: параллели

Во внеочередных выборах НС РА, состоявшихся 9 декабря, приняли участие 48,63% граждан, обладающих избирательным правом. В сравнении с предыдущими парламентскими выборами число участников резко снизилось. Показатель действительно невысокий, что дало повод некоторым российским и азербайджанским экспертам высказывать суждения о легитимности выборов. Особенно любопытным были суждения азербайджанских экспертов о легитимности демократического процесса с учетом чрезвычайно низкого уровня демократии в самом Азербайджане.

Главный тезис вышеуказанных анализов заключается в том, что низкий показатель говорит о неприятии 51% гражданами, не участвовавшими в выборах, всех 11 политических сил. Так охарактеризовал низкий уровень участия эксперт Regnum Станислав Тарасов. По его словам, 51% не участвовавших в голосовании были «ни за, ни против», и относит их к «протестному электорату».

«В итоге складывается «революционная ситуация», когда парламентское большинство не имеет абсолютной поддержки в народе», - пишет Тарасов.

Очевидно, что Тарасов оценивает воздействие революционной эйфории на выборы, состоявшиеся 7 месяцев спустя. Если бы выборы состоялись в мае-июне, можно почти с полной уверенностью сказать, что процент участия был бы гораздо большим, что, однако, в политическом плане едва ли можно назвать залогом здорового парламента. А что касается того, что якобы «парламентское большинство не имеет абсолютной поддержки в народе», то тут нет ничего нового: парламентское большинство и прежде очень долго не пользовалось не только «абсолютным», но и вообще каким-либо доверием народа.

Низкий процент участия пытается «уложить» в революционные процессы и азербайджанский информационный сайт minval.az.

«Победные настроения немного омрачает необычно низкая явка — 48% с «хвостиком», что, по мнению ряда азербайджанских экспертов, мало соответствует стереотипам «постреволюционного» поведения избирателей», - пишет сайт.

Мнения и анализы азербайджанских экспертов о демократических процессах, поведении избирателей и «постреволюционных стереотипах» не содержат опасности, пока распространяются в азербайджанской прессе. Проблематична статья Миры Хасановой в Regnum, которая выносит азербайджанскую точку зрения на российскую экспертную медиа-площадку.

Хасанова писала, что низкий процент участия был неожиданностью. Она также процитировала слова азербайджанского политолога Ильгара Велизаде, утверждающего, что «выборы показали разочарование армянских избирателей в политических процессах в собственной стране». По его словам, то, что РПА и «Сасна црер» не смогли преодолеть необходимый порог для прохождения в НС, «может свидетельствовать о том, что люди устали от призывов к войне и реваншу». О каком реванше речь, Велизаде не поясняет.

Что касается процента граждан, участвовавших в выборах, и политической легитимности, то они не всегда взаимосвязаны. Такой подход остается актуальным в постсоветских странах потому, что после развала СССР в политической культуре большинства стран не произошло серьезных изменений. В СССР тоже проводились выборы, и участие в них составляло около 100%. Другой вопрос, что кандидат был один, а представляемая им партия – единственной. В современной истории подобный случай был зарегистрирован в 2014 году в Северной Корее – 99,97 процентов. Излишне говорить, что легитимность властей в указанных странах всегда ставилась под сомнение. Это, конечно, не означает, что надо стремиться следовать примерам Гамбии или Гаити, где в парламентских выборах, соответственно, 2012 и 2015 годов участия граждан не превысило 20%.

В странах с более глубокими демократическими традициями процент участия избирателей колеблется в пределах 50%. В первом туре парламентских выборов во Франции в 2012 году участвовали 48,31% избирателей, в 2015 году в Швейцарии – 48,4%, а в Португалии – 55%. Исключение в Европе составляют Люксембург, Лихтенштейн, Бельгия, где в выборах обычно участвуют около 90 процентов избирателей. Однако этому есть объяснение: участие в выборах в этих странах является обязательным.

Процент участия в последних выборах в Швейцарии обусловлен и тем, что в этой стране ряд вопросов выносится на общегосударственный референдум, поэтому граждане уверены, что не останутся в стороне при принятии важнейших решений.

Что касается Армении и разницы процентов участия в текущих и предыдущих выборах, тому есть несколько объяснений. Прежде всего, на внеочередных выборах отсутствовали случали направленного голосования и массовой «торговли» голосами. Кроме того, списки избирателей, в любом случае, неточны. Неизвестно, сколько из внесенных в них людей действительно живет в Армении, поэтому при «очистке» списков процент участия значительно повысится, оставшись, тем не менее, в пределах тех же 50 процентов.