Уровень участия в госзакупках снизился из-за коронавируса. Арменуи Бурназян

Система государственных закупок до мая 2018 года была одной из самых обсуждаемых тем. А причина заключалась в ее неконкурентности. Объявлялись разные тендеры для нужд государственных ведомств, однако победитель тендера во многих случаях был предопределен. Оказывается, система не избавилась от проблем и после революции.

«Айкакан жаманак» беседует с исполнительным директором НПО «Национальный центр исследований общественной политики» Арменуи Бурназян.

- Госпожа Бурназян, какова ситуация в системе государственных закупок и как она изменилась за последние 2,5 года?

- Честно говоря, мы не проводили отдельных изучений по 2,5 года, но если сравниваем данные за 2019 и 2020 годы, замечаем, что с точки зрения стоимости государственные закупки возросли на 7 процентов. В 2020 году государственные закупки составили около 248,2 млрд драмов. Но должна сказать, что все эти данные не отражают реальной ситуации. Некоторая часть расходов на предотвращение и преодоление коронавирусной пандемии не была опубликована на официальном сайте закупок. В частности, не публиковались закупки, осуществляемые министерством здравоохранения. Здесь у нас проблема с прозрачностью. Если учитывать и этот фактов, то объем закупок был еще больше. Самый важный факт в том, что закупки эти по большей части, если не полностью, особенно на начальном этапе коронавируса, осуществлялись неконкурентным способом. По нашим данным, в 2020 году неконкурентные закупки составили около 48 процентов, что на 8 процентов меньше, чем в 2019 году, но с учетом того, что в период коронавируса закупки не публиковались, вполне возможно, что в процентном соотношении они были выше показателя за прошлый год.

- В прошлом победители закупок уже знали, что победят именно они. В этом плане сегодня есть серьезная конкуренция?

- На данный момент система Armeps закрыта из соображений безопасности, и, к сожалению, у нас под рукой есть только данные об общем объеме и количестве закупок. Но могу сказать одно, что многие компании, признанные в этом году победителями, отказывались от дальнейшего процесса, поскольку в связи с коронавирусом понимали, что не могут осуществлять свои обязанности. В некоторых случаях эти компании также оказывались в черных списках, а в некоторых случаях лицо, изучающее закупки, нашло, что, да, это было обусловлено чрезвычайной ситуацией, и победившая компания не могла этого предусмотреть.

- Как Вы оцениваете прозрачность и подотчетность в этой системе?

- В последние годы ситуация значительно изменилась с точки зрения публикуемой информации и прозрачности. Но если учитывать закупки в сфере здравоохранения, сделанные в период коронавируса, это оказывает некоторое негативное воздействие на прозрачность. Мы не видим, с кем были заключены договоры, какие договоры были заключены. С одной стороны, наблюдается положительная тенденция в сравнении с прошлыми годами, однако, с учетом этой ситуации, мы не можем считать тенденцию положительной, поскольку мы также следим за опытом других стран. Например, в Молдове начали публиковать такие закупки. У нас тоже публикуют, но закупки в небольших объемах.

- В пределах какой суммы покупки являются конкурентными, и после какого порога число участников сводится к минимуму?

- Во время тендеров на стандартные товары, предположим, на закупку бумаги или ремонт автомобилей, конечно, конкуренция больше, поскольку и компаний больше. Но из-за коронавируса уровень участия снизился. Не только в нашей стране, но и во всем мире.

- Как Вы считаете, требования, установленные государством для компаний, желающих участвовать в тендере, следует смягчить или ужесточить?

- К последнему изменению в сфере наша организация отнеслась с некоторым недоумением. Этим изменением от компаний требуется обеспечение 100-процентной квалификации. Компании также жаловались, что это довольно строго и препятствует конкуренции.

- Какова ситуация с обжалованиями и в какой мере учитываются жалобы?

- Если в прошлые годы исполнению обязательств заказчиков, например, публикации информации, внесению изменений в план закупок большое внимание не уделялось, то в этом году, к нашему удивлению, мы заметили много жалоб, касающихся именно этого. Было множество случаев, когда компания не исполнила свои обязательства, но не попала в черный список. По закону ведомство-заказчик должно в течение 5 дней представить министерству финансов наименование компании, попадающей в черный список, но этого не делали в установленный срок, и компания-участник, будучи виновной, не оказалась в черном списке. Лицо, рассматривающее жалобу, сочло, что ведомство-заказчик не соблюло требований, установленных законом, следовательно, у него не должно быть претензий к компании, которая также не соблюла требования.

- Госпожа Бурназян, в последние годы часто обсуждается вопрос закупок у одного лица. Как Вы считаете, почему государство закупает у одного лица, и видите ли в этом серьезное нарушение конкуренции?

- Если смотрим настоящий период, во многих случаях государство вынуждено было применять неконкурентные процедуры, хотя бы для приобретения масок или средств дезинфекции, когда ситуация на рынке была нестабильной. Сейчас мы заметили, что и такие закупки осуществляются по процедурам, осуществляемым конкурентным способом. Есть также направления, в которых фактически нет вариантов конкуренции: коммунальные услуги, распределение воды, газа. Наши изучения показали, что 8 процентов неконкурентных закупок осуществлялось при наличии альтернативы. В целом сумма таких закупок составила около 10 млрд драмов.