Шаг Оника Гаспаряна – предательство по отношению к стране и армянскому народу. Бывший начальник ВП

Как может серьезный офицер выступать с таким заявлением? Снимите свои погоны. Такое мнение в беседе с «Айкакан жаманак» выразил ветеран войны, первый начальник Военной полиции РА, полковник Ованес Арутюнян в связи с недавним заявлением Генерального штаба Вооруженных сил Армении.

Напомним, почти весь руководящий состав Генштаба выступил с заявлением, требуя отставки премьер-министра. Премьер назвал это заявление попыткой военного переворота, а в обществе обсуждается вопрос, что армия фактически выходит за рамки своих полномочий и делает политическое заявление. С другой стороны, звучали мнения, что офицеры также имеют право на мнение.

«Айкакан жаманак» беседует на эту тему с Ованесом Арутюняном.

- Господин Арутюнян, как Вы, как бывший военный, относитесь к вчерашнему заявлению Генштаба ВС? Что, по-вашему, заставило их выступить с таким заявлением?

- Это заявление изначально было неподобающим начальнику Генерального штаба и всем остальным генералам, офицерам и было незаконным. Сказали бы еще, что это было сделано спонтанно. Мы хорошо знаем, как делаются такие заявления, поскольку они еще связаны с прежними властями. По-моему, им приказали это сделать, в противном случае почему они вскоре после этого заявляют, что их не направляли. Сказали бы еще: «Клянусь папой, меня никто не направлял». А некоторые люди, в том числе бывший начальник ГШ Артак Давтян, говорят, что люди могут выражать свое мнение, в этом нет попытки переворота. Какое право имеет армия вмешиваться в политические проблемы? И, наконец, у армии есть верховный главнокомандующий, представляете, в каком-либо государстве военные вдруг выступают с заявлением? Это конкретная попытка переворота. Это не мнение, у Генерального штаба только одна задача – охранять наши государственные границы. Они обязаны это делать и оберегать покой страны, границы, тем более в такой напряженной ситуации. Есть тысячи вызовов, а какой-то там начальник штаба, не понимая, что не должен вмешиваться в политику, делает заявление. У вас только одно мнение: служить стране, народу, у вас нет других задач. Это попытка переворота, которая должна быть наказана. Мы тоже служили, но у нас никогда не было командующих, которые приказывали бы нам вмешиваться в политические процессы.

- Вы считаете, что реакция политической власти на это заявление была равнозначной?

- Конечно, равнозначной, другая реакция была бы, по меньшей мере, непонятной. Вчера многотысячный народ аплодировал заявлениям премьер-министра. И аплодировал не только этот народ, но и люди, сидевшие дома.

- Вы знакомы с офицерами, подписавшими заявление? Что Вы о них думаете?

- Я прочел там фамилии людей, которые меня просто поразили. До войны, во время войны эти люди так не считали. Часть из них говорит: знаешь, сняли заместителя начальника ГШ, он – герой. Какое отношение вы имеете к политике? Большая часть этих офицеров были приспешниками. Как может серьезный офицер, понимающий текущую политическую ситуацию, вызовы, выступать с таким заявлением? Вы с ума сошли? Сложите свои погоны и идите, занимайтесь другими делами.

- Премьер-министр заявил, что начался процесс реорганизации армии. Какие шаги должны предприниматься для этого, и если эти офицеры решат уволиться, есть ли у нас соответствующие кадры?

- Ни один командир не является незаменимым. Не будет он – будет заместитель, они не вечны. При таком подходе, скажем, даже самый хороший командир корпуса должен служить до конца жизни, потому что он хорош? Его заменят более молодые, более нормальные люди, которым плевать на политику, и которые видят перед собой только святую обязанность служить государству и народу. Шаг Оника Гаспаряна – предательство не только по отношению к государству, но и ко всему армянскому народу. Армянский народ днем и ночью следит за событиями в стране, живет этой жизнью, ты не думаешь о том, что делаешь?

- Чем закончится эта напряженная ситуация вокруг Генштаба, какой Вы видите развязку?

- Развязка очень проста, пусть никто не усложняет, начиная с президента страны. Пусть не думают, что кто-нибудь в этой стране незаменим, чтобы еще сомневался или обращался в Конституционный суд. Вопрос поставлен очень четко: человек вмешался в политику, человек выражает недоверие, какой бы ни была ситуация в стране, у них только одна задача – святая обязанность перед их народом и государством.

- Можно ли считать, что этот офицерский состав в лице Оника Гаспаряна присоединился к оппозиции, и считаете ли Вы возможным, что в ближайшее время мы увидим Оника Гаспаряна в рядах оппозиции?

- Оник Гаспарян – не единственный и не последний. У нас есть и бывший директор СНБ, который занялся политикой. Уйди с должности, занимайся политикой, хочешь – становись оппозиционером, хочешь – провластным. Ты не выполнил возложенную на тебя обязанность. Будь то в связи с увольнением его заместителя, разорвавшимся или неразорвавшимся «Искандером», во всем виноваты они. Премьер – ни летчик, ни пулеметчик, ни стреляющий из «Искандера». Вы сами стреляли, разве премьер должен был его испытывать?

- То есть, Вы считаете, что Генштаб должен нести ответственность после войны?

-  Конечно, из их заявления я понимаю, что они не согласны, требуют отставки премьера, но они сами должны отвечать за это. Мобилизацией занимается не премьер-министр страны, это вы занимались мобилизацией, вы виноваты в вопросе мобилизации, вы будете за все отвечать. Мы хвалили нашу армию, но что это значит? Я напрямую обвиняю и говорю: Генштаб должен ответить за все. Каждый в своем звене должен ответить, почему мы проиграли. Народ сегодня платит армии не за то, чтобы те занимались политическими играми. Народ платит армии из своих налогов за оборону страны. Они должны обеспечивать нашу безопасность, а не выражать мнения и подливать масло в огонь.