Программа развития осуществима, если удастся пробудить веру и сознание граждан

Сегодня в Национальном собрании, в ходе обсуждения программы правительства, после главы фракции «Светлая Армения» Эдмона Марукяна выступил спикер парламента Арарат Мирзоян, отметив, что слегка подредактировал свою речь, озаглавив ее «О водохранилищах, гражданах и Эдмоне Марукяне».

«В программе правительства написано, что правительство планирует строить водохранилища. Где ваши цифры, справедливо спрашивают наши коллеги, где, в какие сроки и сколько водоемов вы построите. Да, ответа на эти вопросы в программе правительства нет, но водохранилища будут построены. Эти вопросы справедливо уводят в прошлое, на год назад, когда мы обсуждали с нашими коллегами и понимали, что оказались в ситуации, когда есть два пути: либо продолжаем жить в болоте крепостничества, и наше государство оказывается в корзине государств-неудачников, либо мы преодолеваем это, выкатываем колесо из ямы и встаем на путь развития», - так начал Мирзоян свое выступление.

Председатель НС напомнил и о «третьем пути», указанном Эдмоном Марукяном.

«Наши коллеги пытались убедить нас, что есть третий путь. Нет, говорили мы, мы говорили: либо делаем это, либо не делаем. А какой у вас план, спрашивали нас повсюду, когда Серж Саргсян подавал в отставку, и мы все это время говорили: план у нас один: пробуждение веры и сознания гражданина, участие гражданина и победа гражданина. Да, мы повторяли это, как мантру, и жизнь показала, что участием гражданина была обеспечена победа гражданина. Где ваши цифры, спрашивают нас. Эти водохранилища будут построены, отвечаем мы».

Мирзоян отметил, что согласен с мнением своего хорошего приятеля и коллеги Эдмона Марукяна о том, что очень трудно быть оппозицией после революции, но он считает, что в десять раз труднее быть властью, и в сто раз труднее – гражданином. Арарат Мирзоян вернулся на тысячу лет назад, чтобы пояснить свою мысль:

«1000 лет назад мы утратили государственность и научились жить в условиях, когда сборщик налогов, полицейский, местная администрация, центральная власть, война, армия, победа, мир были не нашими, нашим был наш дом и наш земельный участок. И так в наших мыслях и физически возникли высокие преграды между нашими участками и остальным миром. И так продолжается до сих пор, потому что человек не видит связи между своей работой, своим доходом, грязной дорогой за его оградой, строящейся больницей или школок, содержащейся армией и победой и миром… И когда мы обрели третью республику, государственность, снова оказались в состоянии войны, построили институты, но потом колесо опять попало в свою излюбленную яму, и мы оказались в болоте, когда подключение одного вентиля канала в селе согласовывалось вплоть до верхов… Но мы в этих исключительных эпизодах оставались гражданами и общественностью и добивались успеха. Так было и в Арцахскую войну, так было и в апрельскую войну, так было и год назад, и нам удалось пробудить граждан, что обеспечило победу граждан».

Премьер абсолютно прав, когда говорит, что программа развития осуществится, когда правительству удастся пробудить веру, сознание людей, их участие, и в таком случае победа граждан будет обеспечена, заметил спикер НС.

«Это единственный и серьезнейший вызов правительства. Если удастся, то будут построены водохранилища, повысятся пенсии, не удастся – программа не будет выполнения. Поймет ли владелец магазина, что благодаря выданному им чеку завтра решится вопрос пенсии его родителей – добьемся успеха, поймет ли человек, который работает без регистрации, и поймет ли, что не следует шустрить и пользоваться «паросом» (социальное пособие, - пер.) – мы добьемся успеха… Это вопрос формирования общественных отношений, потому что объективно мы тысячу лет не знали, что такое государственность и какие отношения должны быть между гражданином и государством. В этом наша задача, и здесь мы должны работать всем народом».

Свое выступление Мирзоян завершил следующей мыслью: часто утверждают, что политика – это разум и расчеты, но даже если и так, политика – это и вопрос эмоций,  потому что если бы мы рассчитали, против чего выходим и каковы наши шансы, наверное, не стали бы и начинать. Однако именно наши чувства вели нас вперед, к революции.