Кто и почему «переворачивает игральную доску». От редактора

В политических и экспертных кругах есть опасения, что на данном этапе карабахских переговоров власти Армении потерпели неудачу, потому что Алиев фактически отказал Пашиняну и заявил, что формат переговоров не может быть изменен (то есть они против возвращения НКР за стол переговоров).

На самом деле не совсем честно представлять это как неудачу, потому что никто и не ожидал, что Алиев немедленно согласится. Значительно важнее то, что, по мнению посредников, этот вопрос также должен стать предметом переговоров.

Но отложим пока в сторону этот вопрос и попытаемся понять, что происходит на самом деле, какова тут позиция новых властей Армении, и что изменилось в сравнении с прежними. Для того, чтобы понять это, рассмотрим лишь один эпизод. Один из депутатов в Национальном собрании спрашивает Никола Пашиняна: вот, Азербайджан готов дать Арцаху высокую автономию… и прочее, какова наша позиция? Никол Пашинян, конечно, мог поддаться соблазну и заявить, что любой уровень автономии неприемлем, Арцах должен быть независимым, и всё, и тем самым не только высказал бы абсолютную истину, но и выразил бы мнение всех нас без исключения. Вместо этого он просто ответил, что право на самоопределение – один из важнейших принципов, положенных в основу переговоров, и народ Карабаха должен реализовать это свое право. То есть он как руководитель Армении отказался выражать позицию в связи с будущим статусом Арцаха. Почему?

Потому что будущий статус Арцаха – ключевой вопрос переговоров. И если президент Азербайджана говорит, что не согласен на большее, чем высокая автономия, а премьер Армении утверждает, что независимость НКР обсуждению не подлежит, выходит, что переговоры ведут Армения и Азербайджан, а Карабах – лишь объект переговоров. Понятно, что этот подход для нас совершенно неприемлем.

В конце концов, о чем речь? Если Армения и Азербайджан ведут переговоры о будущем статусе НКР (то есть фактически о том, кому должен принадлежать Арцах), в таком случае проблема превращается в территориальный спор. И первостепенным становится принцип территориальной целостности, поскольку и Армения, и Азербайджан являются полноценными субъектами международного права с международно признанными (и неприкосновенными) границами. А если переговоры по вопросу будущего статуса НКР ведут не Армения с Азербайджаном, а Арцах с Азербайджаном, тут уже первостепенным становится принцип права на самоопределение. А принцип территориальной целостности в равной степени распространяется на самоопределенный Арцах и Азербайджан. Именно в этом причина, что сегодняшние власти Армении, в отличие от прежних, не делают предрешающих заявлений о будущем статусе Арцаха (то есть не ведут переговоров по нему).

Проще говоря, армянская сторона сейчас конкретизирует свои позиции в процессе карабахского урегулирования или, если хотите, осуществляет «разделение труда». Таким образом, Арцах должен реализовать свое право на полноценное самоопределение, а Армения должна: 1. используя все свои возможности, не допустить, чтобы народу Арцаха был навязан какой-либо статус против его воли; 2. в случае военной агрессии пресечь эту агрессию всеми своими возможностями (боевыми, человеческими, материальными, международно-дипломатическими и т.п.) и обеспечить безопасность Арцаха.

Судя по всему, именно этот подход и завел азербайджанскую сторону в тупик и заставил вернуться к жесткой риторике. Потому что желание «перевернуть игральную доску», как правило, является доказательством отсутствия контраргументов.