1 Марта было организовано от начала и до конца: где ни копнешь, видишь почерк властей. Седа Сафарян

1-го марта ситуация не была ни достаточным основанием для предотвращения массовых беспорядков, ни взрывоопасной ситуации там не было, как пытается представить адвокат Роберта Кочаряна. Об этом в беседе с «Айкакан жаманак» сказала представитель потерпевшей стороны по делу «1 Марта» Седа Сафарян в связи с рядом заявлений, сделанных адвокатом Кочаряна Айком Алумяном на вчерашней пресс-конференции.

Алумян утверждал, что слова о том, что наша Конституция не позволяет использовать вооруженные силы для решения внутригосударственных проблем, например, предотвращения массовых беспорядков – это миф. Он даже сослался на статью 8.2 Конституции, согласно которой, «Вооруженные силы обеспечивают безопасность, оборону и территориальную безопасность РА, неприкосновенность границ».

По мнению Алумяна, безопасность, упомянутая в статье – это возможность защищаться от внешних и внутренних угроз, а внутренняя безопасность, наряду с другими вызовами, включает и массовые беспорядки, террористические акты и прочее.

Седа Сафарян считает утверждение Айка Алумяна просто неприемлемым. По ее словам, адвокат процитировал только выгодную ему часть статьи, однако в нашем законодательстве четко прописано: ВС нельзя использовать во внутригосударственных вопросах.

«Кроме того, власти очень серьезно подготовились еще с 23 февраля, как они организуют 1 марта, и как ударят по собственному народу, чтобы тот вообще забыл о митингах», - сказала Сафарян и пояснила, что еще 24, 25, 26 февраля 2008 года происходили передвижения войск из разных подразделений, в столицу перевозилась бронетехника:

«Такое впечатление, что поле боя переместили с границ Нагорного Карабаха в центр Еревана, и никто не может обосновать и подтвердить, что участники митинга у памятника Мясникяну вели себя настолько плохо, что была применена подобная ситуация. Потому что лица, допрошенные по тому же делу, говорят, что со стороны участников митинга ничего противозаконного не было. То, что было организовано на улицах Лево, Прошяна – это были провокационные действия, организованные властями, в ответ на которые они попытались предпринять якобы адекватные меры».

Наша собеседница сообщила, что лично видела, как горит машина, как у машин стояли пьяные мужчины, и когда сотрудникам полиции, стоящим у арки поблизости, сказали: пойдите, посмотрите, кто это, они ничего не стали предпринимать:

«Я говорю то, что видела. Но в уголовном деле есть вещи и похуже. То есть то, что пытаются представить как массовые беспорядки – это просто выдуманный термин. Право на митинг, свободу нельзя характеризовать как деталь массовых беспорядков, это зафиксировано во многих решениях Европейского суда по правам человека, в том числе, в решении, принятом по делу Мушега Сагателяна, нарушение права на свободу митинга зарегистрировано как факт, и это касалось утренних действий 1 марта, они были охарактеризованы как неадекватные действия. Все мы знаем, кто организовал так называемую «операцию» 1 марта, что произошло, и что в дальнейшем для оправдания этой «операции» были составлены фальшивые докладные, и как ССС их обнаружила. Причем когда говоришь человеку: ты написал докладную, - они опровергают это, пока не положишь перед ними их докладные, они о них не вспоминают. Это значит, что докладные либо были подделаны, либо составлены задним числом, либо содержащиеся в них материалы не соответствуют действительности. Эти докладные касаются именно утра 1 марта, подозрений, что участники митинга якобы были вооружены».

Причем, по словам Седы Сафарян, многие признались, что процесс составления докладных задним числом был начат с июля 2008 года:

«Это значит, что сторона защиты абсолютно не хочет видеть эту искаженную картину, что показывает, что участие войска 1 марта не было самоцелью, что войско пришло из совершенно других соображений, что у войска просто не было права приходить, и не было правовой основы для этого. Что происходило 26, 27 февраля на площади Свободы или на улице Лео, что войско уже в полной готовности шло на эту территорию?» - спрашивает Сафарян.

Что касается заявления Алумяна, что в событиях 1 Марта, кроме ВС РА,  другие военнослужащие не участвовали, Сафарян отметила:

«Допрашиваешь человека, он говорит: я служу в такой-то воинской части НК, а теперь сторон защиты Кочаряна убеждает, что он не служит в воинской части НК? Замминистра МО НК убеждает, что он – не замминистра МО НК? Я не знаю, по какой логике они решили рассматривать все это в рамках одной единой структуры. Сколько можно объяснять этим людям, чтобы не искажали факты дела, что если Кочарян приводит вооруженные силы НК и размещает в вооруженных силах РА, это не означает, что они составляют неотделимую часть наших вооруженных сил. Ничего подобного, как бы мы ни любили Нагорный Карабах, считали их своими братьями, в реальности Арцах не является частью Армении».

Айк Алумян в ходе пресс-конференции сравнил события 1 Марта с событиями, происходившими в 1996 году – в годы президентства Левона Тер-Петросяна, отметив, что впервые армия вошла в столицу именно тогда. Это заявление Седа Сафарян также назвала неприемлемым, пояснив, что в 1996 году была спонтанная ситуация. Что касается упоминания, что Левон Тер-Петросян в то время подписал указ об объявлении чрезвычайного положения, Сафарян отметила: Кочаряну не предъявлялось обвинения в связи с введением чрезвычайного положения:

«Обвинение предъявлено в связи с тем, почему он создал хаос в стране и почему совершил действия, послужившие искусственным основанием, причем для установления не чрезвычайного, а военного положения. Это разные понятия. Кроме того, в 96-м у нас не было таких ужасных последствий, такого количества раненых, убийств, у нас не было случая приведения войск извне и их использования в Ереване. 1 Марта отличается своей организованностью, своей мотивацией. Нельзя их идентифицировать. И если они находят, что Тер-Петросян также совершил какое-то уголовно преследуемое деяние, пусть выступили бы с подобным заявлением. Что делал Кочарян в 2000-2008 гг., если считал, что Тер-Петросян был автором подобного деяния? Если они считали, что это преступное деяние, надо было работать в этом направлении. Нельзя делать такие сравнения», - сказала Сафарян.

На наш вопрос, почему Алумян утверждает, что между митингующими и военнослужащими не было контакта, что, по их мнению, доказывает, что были ранены только сотрудники полиции, да и те получили осколочные ранения, Седа Сафарян ответила, что в 2008 году слезоточивый газ использовался только полицейскими войсками, а не митингующими:

«Должна сказать, что исключительно на улицах Лео и Пароняна были такие силы, которые привела власть, ни разу не упоминалось о том, что гранаты были брошены со стороны народа, все это использовали вооруженные группировки, полиция, вооруженные сотрудники ВС. Они были вооружены до зубов, никто из граждан не был вооружен», - отметила наша собеседница, добавив, что если Роберт Кочарян считает, что в годы его власти в войско или в полицию стрелял народ, то он обязан был раскрыть это преступление, вместо этого его преемник, Серж Саркисян, в дальнейшем препятствовал Группе по сбору фактов заниматься лицами, которые якобы грабили магазины:

«Они препятствовали даже в этом вопросе, потому что до конца не хотели, чтобы общество узнало, какие силы были использованы. Я прочла в уголовном деле, что есть показания о том, что из Арташата приехали молодые люди, в состоянии опьянения они совершали какие-то провокационные действия, плохо вели себя. Следствие в этом направлении продолжается, что провокаторов привезли определенные слои – в сопровождении олигархов. Все было настолько подготовлено, что недостатка в использовании этого слоя не было. 1 Марта было организовано от начала и до конца, где ни копнешь, везде видишь почерк властей, и пусть никто не пытается смешивать народ с этой толпой и делать мишенью преступников».

Наша собеседница сообщила, что в 2008 году лично участвовала во многих уголовных делах, и ни один следователь не доказал, что со стороны народа совершались какие-либо противозаконные действия, что могло привести к применению такой силы и к ситуации, создавшейся во время событий первого марта.