Никол Пашинян пояснил, о чем говорил с Путиным 19 октября

«19 октября мне позвонил президент Арцаха Араик Арутюнян и сказал, что необходимо остановить войну. Также сказал, что эту точку зрения передает не только от своего имени, но и от имени экс-президентов НКР Аркадия Гукасяна, Бако Саакяна, а также Роберта Кочаряна, Сержа Саркисяна, Левона Тер-Петросяна».

Об этом вчера, 29 ноября, на своей странице в фейсбуке написал премьер-министр РА Никол Пашинян, представив все события того дня и дальнейшую ситуацию.

«Я позвонил президенту РФ Владимиру Путину, и он сказал, что, по его мнению, надо попытаться сделать это в рамках российских предложений. То есть отсрочка вопроса статуса, сдача районов, размещение российских миротворцев. Я сказал, что миротворцы должны быть размещены по периметру границы бывшей НКАО и по Лачинскому коридору. Он согласился, и мы договорились, что после обсуждений снова позвоню.

Я позвонил президенту Арцаха и сказал, что возможная версия – та, что описана выше. Он ответил, что согласен. Затем я пригласил внепарламентские силы и сообщил им, что принял такое решение. Многие из них были недовольны, некоторые после заседания писали в социальных сетях, что те, кто будет удерживать народ от дальнейшей борьбы – предатели, и так далее.

В тот же день я созвал заседание СБ с участием представителей фракций НС. Присутствовал также президент республики и Его Святейшество. Оппоненты приняли известие с недовольством, но я в разговоре отметил, что не собираюсь возлагать ответственность на них. Просто ставлю в известность, чтобы не получилось, что делаю что-то втайне, за спиной у народа.

Я не мог сделать заявление публично, потому что если бы Азербайджан отклонил предложение после моего публичного заявления, это было бы крушением всей нашей системы сопротивления. Я снова позвонил президенту РФ, сказал, что согласен. Он ответил, что до утра обсудит вопрос с Алиевым и перезвонит.

На следующий день Бако Саакян и Аркадий Гукасян на встрече со мной сказали, что не согласны с тем, чтобы идти на какое-либо соглашение без уточнения или механизма уточнения статуса Арцаха. По сути, сказали это также от имени Р. Кочаряна, С. Саркисяна и Л. Тер-Петросяна.

Но все это было неважно, потому что решение принял я, и я собирался идти до конца.

На следующий день, согласно договоренности, позвонил президент РФ. Сказал, что Алиев согласен, но миротворцы должны располагаться не на границах НКАО, а, поскольку Гадрут и Талиш находятся под их контролем, азербайджанцы не согласны отступать от этих позиций, и миротворцы должны быть размещены на территории НКАО по фактической линии соприкосновения.

А также армянская сторона должна принять на себя обязательство, что азербайджанцы вернутся в Шуши. Так перемирие стало невозможным, потому что я сказал, что даже если соглашусь по вопросу Гадрут, не представляю себе возможности сдачи Шуши Азербайджану. Президент РФ удивился, почему я против возвращения азербайджанцев в Шуши. Когда я представил аргументы, он сказал, что это логично, и он не был достаточно осведомлен о некоторых нюансах. Проблема была в том, что в таком случае население Шуши на 90 и более процентов составляли бы азербайджанцы, которые контролировали бы дорогу в Степанакерт.

Я убежден, что если бы согласился на вариант сдачи Шуши, Азербайджан поставил бы новое условие: автодорога Кармир Шука – Шуши должна быть под их контролем.

Так, договоренность не состоялась. В то время были утрачены Джебраил, Гадрут и несколько прилегающих сел, Физули, Талиш. До этого дважды объявлялось гуманитарное перемирие: одно – 10 октября по ходатайству президента РФ, второе – 17 октября по ходатайству президента Франции. Оба ходатайства потерпели неудачу», - написал премьер-министр.