Раскрою определенные скобки, которые вызовут международный скандал. Ани Ованнисян

Редактор сайта «Аналитик» Ани Ованнисян, которая провела в тюрьме 1,5 года и была освобождена всего несколько дней назад, заявила, что будет продолжать борьбу.

Напомним, что приговором суда общей юрисдикции административных районов Кентрон и Норк-Мараш Ани Ованнисян была признана виновной в вымогательстве денег под угрозой разглашения порочащих сведений о депутате Тигране Уриханяне и его жене и приговорена к лишению свободы на 1,5 года.

Оказавшись на свободе, свое первое интервью Ани Ованнисян дала «АЖ», приводим его ниже.

- Ани, как прошли полтора года заключения?

- 1,5 года, проведенные мною в заключении, полностью прошли в борьбе, я боролась не только за свою свободу, но и, в первую очередь, за свободу слова, для подавления которой меня и посадили в тюрьму. Я с первого же дня поняла, что это была политическая расправа со мной. Я боролась и буду бороться не только за свободу и безопасность своей личности, но и для исключения этих порочных явлений, чтобы у нас в Армении была такая ситуация, чтобы над головой каждого журналиста, каждого средства информации не нависала угроза. Я 1,5 года боролась.

- А в каких условиях вы жили в УИУ «Абовян», какие у вас жалобы?

- В УИУ у меня были такие же условия, как у всех заключенных. Поскольку я не концентрировалась на условиях уголовно-исправительного учреждения, концентрировалась на своей борьбе, поэтому могу сказать, что были такие условия, какие государство способно предоставить.

- Что можете сказать как журналист о царящих там порядках? Каковы отношения между администрацией и осужденными, заключенными женщинами?

- Администрация УИУ ко всем относится адекватно и нормально – правомерно и по-человечески. У меня нет жалоб в связи с администрацией УИУ.

- Чем вы там занимались 1,5 года?

- Я потратила это время на саморазвитие, изучала иностранные языки, изучила несколько научных направлений, в частности, экономических, работала над своей диссертацией, прочла довольно интересные книги.

- Чем вы теперь будете заниматься на свободе, продолжите свою журналистскую деятельность?

- Прежде всего, в первую очередь я буду бороться за свое оправдание. Исчерпав все государственные инстанции в Армении, продолжу свою борьбу в Евросуде. С первого же дня своего ареста я заявила, что это политическое преследование, политическая расправа со стороны разных структур, поскольку я затронула неприятную для них тему. Буду бороться не только за себя, но и за то, чтобы каждый человек в Армении чувствовал себя в безопасности, в частности, люди, работающие в сфере журналистики. Фактически создан опасный прецедент, согласно которому каждый редактор, владелец СМИ или простой журналист может оказаться в моем положении. Создан прецедент, что если данное СМИ затрагивает темы, нежелательные для каких-то людей или структур, то обычный договор СМИ о сотрудничестве могут превратить в уголовное преступление и отправить в тюрьму нежелательного для них редактора или журналиста СМИ. В конце концов, у меня был договор о сотрудничестве с Тиграном Уриханяном, была договоренность, то есть это было правомерное сотрудничество. Но вышло так, что эта организация или лицо может дать прямое сообщение, и таким образом, чтобы заставить СМИ замолчать, редактора отправят в тюрьму.

Я продолжу свою журналистскую деятельность. Отмечу также, что со мной связались несколько международных средств массовой информации, которых интересует эта тема, поскольку здесь речь идет о серьезном вопросе, касающемся не только Армении, но и свободы прессы в целом. Через какое-то время я раскрою определенные скобки, и думаю, это может дать повод для международного скандала. Я изначально всегда говорила, что не хочу, чтобы Республика Армения была как-либо скомпрометирована на международных площадках, поскольку плохо уже то, что в отношении прессы осуществляется незаконное давление. Полагаю, следует бороться и добиться того, чтобы мы не то что не говорили о подобных явлениях, но, напротив, при наличии таких явлений мы боролись и добивались того, чтобы они больше не повторялись. Естественно, я буду заниматься и такими вопросами, чтобы перед такой проблемой не оказались другие СМИ, буду бороться за то, чтобы мой случай не стал прецедентом, и продолжение этой порочной практики было пресечено.

- Ваш арест многие связывали со статьей, опубликованной на сайте «Аналитик», согласно которой, среди акционеров банка ВТБ есть и азербайджанские владельцы. Могло ли это, по-вашему, стать причиной для вашего ареста?

- Я и в суде говорила, кроме того, много раз заявляла в связи с этим: я затронула вопрос азербайджанского капитала в ВТБ. Начиная с полиции и кончая Специальной следственной службой и всеми остальными органами, работали против меня. То есть против меня работала целая система, чтобы заставить меня замолчать. Что касается азербайджанского капитала, то это подтвердили даже сотрудники ВТБ. Для меня оскорбительно, когда в тюрьме я услышала, что в Армении люди озабочены тем, что было позволено импортировать несколько килограммов азербайджанских яблок, и почему мы должны давать Азербайджану пользу с продажи этих яблок. Я никого не хочу оскорбить, но только общество с больным мышлением может беспокоиться о нескольких копейках в том случае, когда рядом с этим у нас есть структура, которая в годовом разрезе отправляет в Азербайджан миллионы. Фактически мы сами в Армении, пользуясь этой структурой, направляем эти суммы в Азербайджан. Если этот вопрос был намного менее важным, чем эти несколько килограммов яблок, то я здесь вижу проблему с образом мышления. Я подняла этот вопрос как журналист, в результате оказалась в тюрьме. Это тот вопрос, который должен заботить не только меня. Я не боялась и не боюсь, за что я боролась в тюрьме, за то борюсь и сейчас. Пусть люди случайно не подумают, что для того, чтобы заставить меня замолчать, нужно снова отправить в тюрьму, я не боялась, не боюсь и не буду бояться. У меня нет проблем, если это стиль их работы, и для того, чтобы заставить меня замолчать, снова отправят меня в тюрьму, то пусть отправляют. Я боролась не только за свободу своей личности, в противном случае, давно бы оказалась на свободе, приняв одно из различных предложений, полученных от органа предварительного следствия, но я, прежде всего, борюсь против негативного явления – попытки заставить СМИ замолчать путем давления на него.

- То есть вам делали предложения взамен на вашу свободу?

- Да, делали, на них я в дальнейшем остановлюсь подробнее.

- А какую роль играл Тигран Уриханян? Он уже через несколько месяцев заявил, что простил вас.

- Он использовался как инструмент. Что я могу о нем сказать, он сам решил, что должен использоваться как инструмент, и использовался. Это всем ясно, и пусть общество дает свою оценку.

- На вас оказывалось психологическое давление?

- По моим сведениям, я была единственной женщиной-заключенной, на чьи звонки, свидания, переписку и общение с родными 9 месяцев был наложен запрет. Это говорит о попытке тотально заставить человека замолчать. В Армении прецедента такого давления на женщину, по моим сведениям, не было.