Каждый, президент он или нет, должен отвечать перед законом. Интервью Стаса Намина АЖ

На вопросы «Айкакан жаманак» отвечает известный российский деятель искусства, композитор, режиссер армянского происхождения Стас Намин.

- Господин Намин, Ваше имя указано под заявлением с призывом освободить Роберта Кочаряна. Вы передали через врача Вагана Вардапетяна, что шокированы, что не подписывались ни под каким письмом. Как в таком случае Ваше имя оказалось в списке подписавшихся? Потребуете вычеркнуть?

- Думаю, что это случайное недоразумение, так как, когда мне прислали текст письма, я с ним не согласился и письмо не подписал. Я вообще обычно не подписываю подобные коллективные письма, а в данной ситуации – тем более, так как живу в Москве и не очень хорошо знаю ситуацию в Армении и суть вопроса. Я могу сказать поэтому поводу лишь то, что каждый человек независимо от своей должности – президент он или нет, известная личность или обычный гражданин – все должны одинаково соблюдать закон и отвечать перед ним. Это – принцип любого цивилизованного демократического общества, на которое сегодня претендует Армения. Мне вообще всегда было странно и непонятно, почему депутаты и некоторые другие государственные и выборные должности имеют неприкосновенность и иммунитет перед законом. Мне кажется, что именно эти люди более других должны соблюдать закон и отвечать перед ним, так как у них в руках власть и это часто провоцирует на нарушения.

Это касается и бывшего президента Кочаряна.  Но очень важно, чтоб не было примитивной личностной мести, а должен быть честный и справедливый законный суд.

- После революции в Армении, произошедшей в 2018 году, Вы посоветовали Николе Пашиняну быть осторожнее, осознавать фактор риска, потому что люди, у которых забирается отнятое у народа, могут не смириться с этим. Как Вы считаете, этот прогноз осуществился?

- Странный вопрос. Мне кажется, ответ очевиден, но опасность, думаю, не исчезла.

- Что Вы вообще слышите о постреволюционной Армении? Что думаете о проводимых изменениях?

- Здесь у нас не очень известно, что происходит в Армении. Но та информация, которая до меня доходит, не всегда однозначна. С моей точки зрения быть оппозиционером и революционером – это в определенном смысле профессия, которая не имеет ничего общего с государственной созидательной деятельностью. Быть главой государства – это огромная ответственность, подразумевающая и мудрость геополитической стратегии, и продуманную концепцию развития экономики, и многое другое, что требует огромного опыта, знаний и особого таланта. При всем этом один человек, наверное, все равно не может всем управлять и должен рядом иметь опытных суперпрофессионалов в каждой области. Надеюсь, Николе Пашиняну удастся набрать такую команду профессионалов. В этом смысле очень важно лидеру не избегать сильных и умных людей рядом с собой. Армянская нация не только исторически доказала свои уникальные способности во всех областях жизни, но и сегодня в Армении и во всем мире существуют высшего уровня таланты и профессионалы, достойные составить элиту так называемого госсовета, который я больше года назад предложил Пашиняну помочь собрать. С моей точки зрения, подобный госсовет должен состоять из самостоятельных, полноценных и самодостаточных личностей. А объединять их должны прежде всего их патриотизм и любовь к Армении. Они не получали бы денег за свою работу и не имели бы законодательных прав, но собирались бы регулярно, обсуждая и вынося решения по важнейшим вопросам государства. Мне кажется, вполне достаточно для принятия верных решений, чтобы это был совещательный орган, во главе которого должен стоять премьер министр. Я уверен, что без подобного совета опытных профессионалов мирового уровня в разных областях – от экономики, промышленности и сельского хозяйства до науки, культуры, медицины, образования и т.п. – будет трудно вывести Армению из экономического тупика, в который она зашла за последние двадцать лет. Будет трудно реально продвигаться по пути прогресса, как к примеру, Сингапур и Израиль, где так же мало природных ресурсов и, мягко говоря, мало друзей вокруг, как и у Армении.

Если говорить об экономике, то надо признать, что Советская власть создала в Армении мощную базу для ее развития. Это и атомная электростанция, которая сегодня работает на одну треть, и электронная компьютерная отрасль, химия, машиностроение, приборостроение, фармацевтическая промышленность и многое другое, что является основой экономики современных высокоразвитых стран. Все это оказалось разрушено и разграблено за последние двадцать лет. А по плотности аэропортов и гражданских авиарейсов Армения была первой в Советском Союзе, что обеспечивало небывалую мобильность населения, а значит, и экономическую активность людей. Восстановить все и запустить заново требует огромного труда и профессионального подхода. Надо понимать, что для развития экономики недостаточно только быть честным и не воровать. Для того, чтобы привлечь инвестиции, надо иметь профессионально просчитанные проекты и программы, которые убедят инвесторов в выгодности вложений. Надо перейти к проектному управлению экономикой и восстановлению ее мощи уже на новом уровне. В общем, еще много принципиально важных вещей, которые надо сделать в Армении для ее реального развития.

- Господин Намин, Вы интересны людям в разных «образах»: как музыкант, композитор, художник, режиссер… В одном из своих интервью Вы сказали, что искусство для вас – это игра, «надо же чем-то заниматься». В каком из образов Вы сейчас ощущаете себя лучше всего, над чем работаете?

- Я не очень понимаю ваш вопрос, т.к. у меня всего один образ. А то, что я занимаюсь разными вещами в жизни, – это не лицедейство и не разные образы. Просто многим это трудно осознать, т.к. обычно люди занимаются чем-то одним. Лучше всего я ощущаю себя, занимаясь всем тем, что мне нравится, и мне в кайф пытаться достичь мирового уровня во всем, чем я занимаюсь. Это своеобразная игра, удовлетворение личных амбиций, что в жизни совершенно необязательно. Для меня разные направления искусства, как разные языки, которыми я пытаюсь сформулировать красоту, как я ее вижу. Любое искусство по большому счету я называю игрой также и потому, что для меня оно, в принципе, вторично по сравнению с реальной жизнью. Ведь все стремятся к счастью, а оно не в искусстве, а именно в жизни, искусство лишь может его дополнить. С моей точки зрения, искусство – это своеобразный механизм исследования человеческой души, и «разные языки» дают возможность с разных сторон ее увидеть и проникнуть на разную ее глубину. Но можно ведь и не заниматься искусством вообще, а просто жить по-человечески в любви и счастье – хотя и это тоже искусство)).

- Вы были довольно близки с маэстро Оганом Дуряном. Однажды Вы сказали, что у Огана Дуряна была конкретная схема написания симфоний, и он передал ее Вам. Сопровождает ли Вас его «схема» по сей день, помогает ли в работе в этом направлении?

- Оган Дурян великий музыкант мирового уровня и одновременно человек чистейшей души и благородного сердца. С ним меня познакомил его и мой друг Ваган Вардапетян в 2001 году в Москве. Это было тогда, когда маэстро выгнали из Ереванского оперного театра. Оган Дурян был назначен пожизненным музыкальным руководителем Ереванского оперного театра в1999 г. (как Зубин Мета в Израиле). Так оценили его огромный вклад в мировую музыку и всенародную любовь к маэстро. Это назначение было по указу Карена Демирчяна и Вазгена Саркисяна, а после их смерти Оган Дурян был уволен и вынужден был покинуть Армению. Я конечно же сразу предложил ему стать главным дирижером Московского симфонического оркестра, который я создал в конце 1980-х. Мы провели серию концертов в Большом зале консерватории и в Зале Чайковского, и Москва взорвалась и рукоплескала его удивительному таланту. Он дирижировал самые сложные произведения, включая Берлиоза, Дебюсси, Брамса и других классиков, без партитур, на память. Тогда я только начал заниматься симфонической музыкой и написал сюиту «Осень в Петербурге». И он, услышав ее, убеждал меня взяться за симфонию. Я не имея фундаментального консерваторского образования, даже и не мечтал об этом. Но он рассказал мне о своей уникальной авторской системе создания симфоний. И познакомившись с ней, я решил попробовать. Правда, реально я начал писать свою первую симфонию в 2014 году, но несомненно я именно ему этим обязан. За несколько лет до его ухода я вместе с Ваганом снял о нем фильм, где Валерий Гергиев и другие большие музыканты говорили о нем как о мировой величине. Премьера фильма была в Ереване. На ней присутствовала вся интеллигенция города, включая первого Президента Тер-Петросяна и тогдашнего редактора вашей газеты и любимца молодежи Пашиняна. Но это событие было полностью проигнорировано властью Армении, которую тогда возглавлял Кочарян. Оган Дурян, видя коррупцию и беспредел тогдашней власти, до конца своих дней боролся с ней, говоря открыто все, что думает. Это, конечно же, было причиной того, что в 2000-х власти Армении его не принимали и дискриминировали. Я уверен, что когда-нибудь настанет время и в Ереване ему будет поставлен памятник.

- Красота и любовь: Вы считаете, что, кроме них, в мире больше ничего не существует. Вам 68 лет, у Вас за плечами уже внушительный творческий путь. Интересно, а что означает красота и что означает любовь для человека, прошедшего такой путь?

Я действительно считаю, это самое главное в жизни. Наверное, невозможно объяснить, что такое красота и что такое любовь, т.к. это понятия божественные или мистические. Я, наверное, как и все люди, чувствую это интуитивно. Но именно красота и любовь дают человеку счастье, к которому все стремятся.

Мне кажется, надо так научиться жить, чтобы сердце было открыто красоте и наполнено любовью. Это единственный путь к счастью. Все остальное по большому счету ничего не стоит.