Кто пытается таскать каштаны из огня руками Царукяна

События вокруг Гагика Царукяна в очередной раз выявили глубинные проблемы внутриполитической жизни Армении. Вокруг возбужденных уголовных дел поднялся большой шум, но очевидно было, что судьба Царукяна никого особо не волнует. Политические силы просто поспешили воспользоваться случаем, чтобы получить политические дивиденды, и дошло до того, что даже РПА, которая в свое время политические претензии Гагика Царукяна расценивала как попытку «превратить родину в цирк», теперь все это оценила как политическое преследование в отношении него и выступила с заявлением и требованием отставки правительства. По-видимому, соблазн таскать каштаны из огня за счет материальных средств Царукяна и руками его сторонников слишком велик.

Что касается попыток представить уголовное дело как политическое преследование, однозначно, это понятно и вытекает из правил жанра, и едва ли стоит ожидать, что кто-нибудь искренне заявит, что все это не может быть политическим преследованием по той простой причине, что Гагик Царукян фактически всегда был политическим деятелем только на словах. На самом деле он крупный бизнесмен (возможно, даже крупнейший в Армении), который, помимо других отраслей, инвестировал и в политику. Так же, как, скажем, в сельское хозяйство, строительство, горную промышленность, игорный бизнес и т.п.

Зачем ему нужны были эти инвестиции – известно только ему. Может, он решил, что это создаст благоприятные условия для его бизнес-империи, может, просто хотел получить статус государственного деятеля и был готов заплатить за это, но в данном случае это не столь существенно. Тем более, что финансовые инвестиции в политику, как и в любую другую сферу не противозаконны. Любой состоятельный человек может создать партию, открывать офисы по всех стране, создавать средства массовой информации и прочее, и все это будет абсолютно законным. Вопрос в том, что, как и в любой бизнес-сфере, так и в политике действуют четкие законы и правила конкуренции, и нарушители несут уголовную ответственность. Например, компания может принять участие в тендере на строительство и попытаться победить благодаря представленному ею хорошему предложению, но нельзя давать взятки для победы в конкурсе. Точно так же можно участвовать в выборах и попытаться победить, но нельзя раздавать предвыборные взятки или заманивать людей на митинги деньгами.

Иначе говоря, дело не в том, что Гагик Царукян ударился в политику со всем своим финансовым состоянием, а в том, что в этой внутриполитической борьбе он допустил уголовно наказуемые деяния (во всяком случае, согласно предъявленному обвинению). Теперь вопрос: если вменяемое ему уголовное преступление было совершено не в сфере строительства или торговли, а в политической сфере, означает ли это, что возбужденное в связи с этим дело является политическим?

Честно говоря, не очень приятно наблюдать, как оппозиционные политические силы «жертвуют» Гагиком Царукяном, поощряют его из разных углов, провоцируют и втайне ликуют, надеясь ослабить с его помощью власть, чтобы с легкостью осуществить свои планы (в которых Царукяну едва ли найдется место).